Это текст не иллюстрируется по этическим соображениям.

Эта история началась, когда мне поступило первое предложение сделать портрет для женщины, у которой случился «кризис в отношениях». Я совершенно осознанно пишу сделать портрет «для женщины», а не «портрет женщины». Дело в том, что на этом портрете отнюдь не требовалось отображать следы упомянутого кризиса. В данном случае была задача «снять так, что бы было понятно, что я ОК!» Ну и кроме того, модель доживала последние дни в очень красивой, совершенно не своей квартире, в которой и собиралась позировать.

Мы чудесно поснимались: валяли дурака, и немного нарушали интерьер, и в итоге я даже думал начать новую серию портретов «Женщины на грани нервного срыва», но воздержался. Воздержался из соображений этических – девушке и вправду было скверно, делать искусство на действительных мучениях живого человека мне тогда показалось не comme il faut. Мне и сегодня так кажется, но, во-первых речь сейчас не об этом, во-вторых для таких штук есть некоторый срок годности, может когда-нибудь я эти снимки и покажу.

Не знаю получшело ли модели после наших съемок, или другие какие-то причины были для изменения состояния духа, отснялся – и забыл… Спустя пару лет, ко мне обратилась знакомая – дизайнер интерьеров. Она делала квартиру для дамы, которую перестал содержать некий крупный чин. Квартиру она получила в отступное, но в придачу ей досталась и нарушенная самооценка, и много чего еще. Тогда была идея снять даму обнаженной и украсить этим изображением её девичью светелку, чтоб она смотрела на себя – неимоверную красавицу, и наполнялась чувством удовлетворения и восхищения.

Тогда мне подумалось, что ни фига это не сработает – если у женщины падает самооценка, то будь она трижды Клеопатра и дважды Моника Беллуччи – созерцание собственного портрета не только не поднимет ей настроение, но напротив – усугубит депрессию. Она будет искать в своем образе недостатки и обязательно их найдет, и они ей покажутся кошмаром и ужасом, хотя на самом деле, всё это она сама себе выдумала.

Я размышлял об этом феномене и думал, что для того, чтобы портрет имел действительно психотерапевтический эффект, он должен оказываться именно в момент съемки. Именно в съемочном павильоне, или где-там мы работаем, с моделью должна произойти абсолютная переоценка ценностей – золушка должна найти в себе принцессу, а все сомнения и переживания должны превратиться в тыкву.

Здесь краткое отступление: я – не доктор. К психологии и психоложеству испытываю определенные подозрения, излагаемые здесь соображения – не медицинские методики, а вполне частные размышления, не претендующие на целительство. Однако да, это работает. Как работает разговор с другом, попутчиком, визит к психоаналитику, наконец. Кому арбуз, а кому хрящик.

Эти размышления реализовались, не по моей инициативе, в прочем, когда ко мне обратилась особа, которой я незадолго до того снимал свадьбу. Семья не сложилась и молодые развелись. Именно тогда и родился слоган «Вторая свадьба со скидкой, похороны – в подарок!» Барышня переживала понятный кризис самооценки и хотела попримерять на себя какие-то иные образы, из которых могли бы родиться новые социальные и гендерные роли.

Я пригласил очень хорошего стилиста – Ксенью Елисееву, и она сделала два образа, которые я и снял. Один – невинно-стерильный, почти офисный, второй – в стиле поп-музыки эпохи диско. Не знаю, помогло ли, но вроде дела пошли на лад.

Дальше было много подобных эпизодов, но два наиболее любопытны:

В первом случае, молодая, одинокая, профессионально успешная дама решила сделать себе подарок на Новый Год, и заказала мне портрет. Дело было под ёлочку, работать я не хотел и зарядил совершенно отсекающую цену. Но дама сказала ОК, что было для меня первым тревожным звонком. Вторым звонком, точнее даже набатным колоколом прозвучала её утверждение «я – унылое говно». Это когда я при предварительной встрече попросил её как-то себя охарактеризовать.

Тут мы опять работали с Елисеевой, и первым успехом было то, что на входе в студию мы встречали немного заморенную, красивую, но совершенно не «искрящую» женщину, а на выходе получили абсолютно счастливую, искрометную, раскованную красавицу. Это поклон не только стилисту, но и себе любимому, съемку я тащил, как пилотировал подбитый самолет. Фото же.., я в жизни не слышал таких слов благодарности.

Во втором, моделью была молодая, красивая, профессионально состоявшаяся, замужняя женщина, искавшая в себе сексуальность. У неё был богатый опыт позирования различным фотографам, в том числе и мне, но она не воспринимала себя женщиной, способной привлечь мужчину именно как любовника. Тут мы пигмалионили с Вадиком Андреевым, и мы все, включая модель, понимали задачу: отшелушить из социального человека женщину в самом первобытном понимании этого слова. И сделали это. Без обнаженки, без провокаций, просто сумели и все.

Мои структуралистские изыскания и поиски фотографических граалей, в частности происходят и отсюда. Все женщины должны быть счастливы, опционно любимы, мужчины кстати тоже.